Его первая арабская женщина

Photo by Salgada
Никита Николаенко

 

Ну, наконец-то, теперь все дела позади, наконец-то можно и расслабиться! – он откинулся на спинку кресла, и с интересом посмотрел сначала в иллюминатор, а потом на свою соседку – совсем молодую симпатичную девушку. Большая группа молодых людей, в основном девушек, направлялась вместе с ним в одном самолете на отдых, в спокойную североафриканскую страну. Уже скоро час, как они вылетели из Москвы, в огромном самолете вовсю стоял шум и гам, как обычно и бывает, когда люди, оставив свои заботы дома, отправляются отдыхать. Он еще раз посмотрел на соседку, мирно дремавшую рядом – для него, сорокатрехлетнего мужчины, она была слишком молода. Стюардессы стали разносить завтраки, и он, как бывалый путешественник, вытащил из своего пакета небольшую бутылочку хорошего коньяка. Она была приготовлена  как раз для этого случая – выпить за свое здоровье и за начало долгожданного отдыха.

Еще через пару часов самолет приземлился в песчаной пустыне, среди каких-то редких высоких кактусов, и он, первый раз бывший в Африке, неотрывно смотрел на незнакомый пейзаж за бортом.

В аэропорту его встретил представитель турфирмы, крепкий смуглый мужчина, примерно его возраста. И хотя номер для приезжего был заказан в рядовом трехзвездном отеле, для него одного был выделен микроавтобус с кондиционером – он оценил уровень сервиса. По дороге приезжий разговорился с встречавшим его арабом, они сразу перешли на “ты”. Тот хорошо говорил по-русски, совсем с небольшим акцентом. Конечно, он когда-то обучался в Москве, но в России не был уже лет шесть. Как насчет женщин? – сразу поинтересовался гость. О, этого хватает! – ответил веселый араб с улыбкой. Познакомь меня, — попросил приезжий, — я тебе за это денег подброшу. А с кем ты хочешь познакомиться? – спросил встречающий, — с вашей, русской, или с местной девушкой? Вопрос несколько озадачил приезжего. Он хотел, было ответить, что можно и с той, и с другой, но араб продолжил, — а то меня как раз просила ваша женщина познакомить ее с кем-нибудь, да поскорее, через три дня она уезжает. Можно, конечно и с ней познакомиться, но лучше с вашей, местной, это интересней, — ответил гость. Хорошо, устраивайся, познакомлю вас, она живет рядом, в соседнем отеле, — успокоил тот, — вечером я зайду к тебе.

Номер, куда поселили приезжего, был на первом этаже, простой, но вполне комфортный, а главное, тихо гудел кондиционер, что в середине лета, да еще и в Африке, было далеко не последнее дело. Едва разобрав сумку, он первым делом отправился на море. Средиземное море начиналось тут же, в ста шагах от отеля. Пляж ему очень понравился – белоснежный крупнозернистый песок тянулся направо и налево, насколько хватало глаз, а видные кое-где борозды указывали на то, что песок просеивали специальные машины, и чистота вокруг была идеальная. На пляже, в три ряда стояли большие зонты, под которыми, на белоснежных лежаках, располагались отдыхающие. Приезжий выбрал лежак с самого края, на последнем ряду от моря. Людей на пляже было ни много, и ни мало, а так, в самый раз. Судя по говору, много было французов, итальянцев, немцев. Из России то же были, не сказать, что бы много, но были. Он до вечера пролежал на пляже, лишь ненадолго отойдя пообедать в кафе здесь же, на песчаном берегу. И хотя он почти не вылезал из-под зонтика, сильное южное солнце дало себя знать. Ближе к вечеру он понял, что получил сильный ожег глаз – защитными очками никогда он не пользовался. Частички крупного белоснежного песка отражали солнечные лучи, и для неподготовленного к африканскому солнцу человека, этого вполне хватило. Вечером, когда улыбчивый араб зашел к нему в номер, как они и договорились, вести в соседний отель знакомиться, ему уже было не до этого. Глаза так слезились, будто в них попало много песка, и начавший было говорить араб, что ему сначала следует сводить женщину в бар, посмотрев на него, остановился.

Познакомь меня лучше с вашей, местной попозже, — попросил гость, — через пару дней я буду в норме. С кем же тебя познакомить? – задумался тот. — В городе, в старой его части, вообще-то есть квартал, где женщины торгуют собой, но там слишком грязно. Я подумаю, с кем тебя познакомить, у меня есть одна знакомая на примете, — ответил  он и на том они и расстались.

Через три дня глаза пришли в норму, и приезжий стал потихоньку выбираться из отеля – осмотреться вокруг. Уютный отель располагался недалеко от небольшого города, минутах в десяти езды на такси, стоянка которых была тут же, перед отелем. Рядом находился еще один отель, побольше, потом шла большая пристань, за которой уже и начинался город. В основном, как заметил приезжий, отдыхающие добирались до города на такси. Это было быстро, и удобно, в старой части города – медине, можно было оказаться через десять минут. Стоило это совсем недорого, как и предупреждала его миловидная женщина из турфирмы, оформлявшая поездку.

В город поеду позже, — решил приезжий, рассмотрев стоянку, — сначала акклиматизируюсь, отдохну, себя приведу в порядок, а там видно будет. Поскольку, отдыхать он приехал почти на месяц, время у него впереди было еще достаточно.

Да и вокруг его отеля было много интересного! Тихие, чистые улочки, небольшие магазинчики, за которыми, почти сразу начинался песок – чувствовалась близость большой пустыни. В магазинчиках было что посмотреть – всякие восточные поделки из перламутра и серебра, куски коричневой соли из какого-то соленого озера лежали прямо на мостовой, перед входом в них. Рядом с отелем пролегали обустроенные тропы для катания на лошадях – они паслись тут же, и песчаные трассы для четырехколесных мотоциклов, которые стояли на виду, дожидаясь посетителей.  Приезжему очень понравился местный виноград – довольно крупный, без косточек, и очень сладкий, он брал его на обед, в его отеле кормили только завтраком и ужином, за которым он пил местную инжировую водку – буху.

Пока что, он целыми днями лежал на пляже, лишь ненадолго заходя в море, восстанавливался, словом. С интересом рассматривал полицейских, патрулирующих пляж. Они ходили по двое, несмотря на жару, затянутые в синие мундиры, в больших сапогах с блестящими голенищами. Почти все они были, как на подбор, очень упитанные.

День на пятый, освоившись, он принялся рассматривать окружающих его женщин. Недалеко от него расположились две пары, две девушки и два парня, молодые, немцы, но эти были заняты только собой, и ему были неинтересны. Еще его внимание привлекли две молодые крепкие девушки, с которыми была пожилая женщина. Эти были из России, но девушки так хищно осматривались вокруг, под одобрительный говор бабки, — ищите себе кавалеров побогаче! – что заговорить с ними, и тем самым показать, что он то же из России, у него не было ни малейшего желания.

Так, не спеша, прошла первая неделя, приезжий постепенно освоился, целыми днями лежал на пляже – загорал, да еще, с большим удовольствием, купался, все больше проводя время в воде, до которой он был большой любитель. Линия буйков, ограничивающих плавание, располагалась почти у самого берега, метрах в двадцати от него, и дисциплинированные европейцы за буйки не заплывали, а он, сразу поднырнув под ними, уплывал далеко в море, удивляясь прозрачности Средиземноморской воды. Рядом с его лежаком была волейбольная площадка, и, наплававшись вдоволь, он с интересом смотрел, как местные массовики собирали желающих на игру, и за самой игрой наблюдал с удовольствием, особенно, когда играли молодые и стройные девчонки. Одна из них, видимо француженка – она говорила по-французски, была очень миловидная молодая негритянка, с блестящей черной гладкой бархатистой кожей. Интересно, какие они, такие черные, в белой постели? – размышлял он, разглядывая девушку.

Так проходил день за днем, его отпуск уже перевалил за вторую половину, он загорел, немного отдохнул, и хотя ни с кем еще не подружился, и даже не обмолвился словом, особой необходимости в этом он пока и не испытывал, посвящая все свое время только восстановлению своих сил. Он отходил от потрясений, изрядно потрепавших его за последнее время, хотя, конечно, тогда он не мог знать, что основные потрясения его еще ждут впереди. А общения ему хватало со стюардами, разносившими свежевыжатый сок, да за ужином, где он регулярно раскланивался со старшим официантом, в строгом смокинге встречавшем отдыхающих.  В хорошую богадельню я попал, как раз то, что мне и надо! – сделал он окончательный вывод после второй недели своего отдыха.

Некоторое оживление внесла появившаяся в их небольшом отеле новая девушка. Невысокого роста, хорошо сложенная, она без церемоний расположилась рядом с ним, на краю пляжа, под соседним зонтиком. Видно было, что ей акклиматизация под южным солнцем давалась нелегко. В первый день, после каждого купания, она надолго исчезала, и появлялась в новом купальнике, успев поменять их за один день четыре раза. На пляже она постоянно вставала, поворачивалась спиной к нему, лежащему рядом, и сильно наклоняясь, не сгибая колени, все поправляла свое покрывало. Довольно расслаблено себя ведет, — сделал вывод отдыхающий, — пора с ней знакомиться. На следующий день, как только он собрался к ней подойти, перед ним к девушке подбежал совсем молодой местный парень, араб, высокий и худощавый. Впрочем, поговорив с ней недолго, тот отошел прочь. Ну, пора и мне идти, — решил отдыхающий, и, поднявшись, направился к улыбающейся ему девушке. Привет, — привет, — они быстро перешли на английский, если медленно говорить, то он справлялся. Через пять минут он уже знал, что она немка, что замужем,  — муж остался в Мюнхене – она махнула рукой, показывая направление через море. Моя жена ждет меня в Москве, — ответил он ей, то же махнув рукой в сторону моря. Еще он узнал, что она журналистка, и отдыхать приехала на две недели. Давай, погуляем, что ли, вечером? – как-то нерешительно предложил он, показывая на песок вокруг. Она что-то ответила, потом повторила, но он не разобрал, что. Не развивая дальше разговора – ему пора было обедать, он отправился с пляжа, — потом договорим, — решил. В тот вечер они не увиделись, а на следующий день, возвращаясь в номер после завтрака, он встретил ее у своей двери. Привет, — сказала девушка, выжидательно глядя на него. Она была в белом платье, с распущенными белокурыми, в локонах, волосами, вблизи она казалась совсем невысокого роста. Почему-то он не пригласил ее к себе. Привет! — махнул рукой, и скрылся за дверью. Днем она уже не расположилась рядом с ним, а еще через пару дней, он увидел ее на середине пляжа, в обществе какого-то загорелого мужчины. Ну и пусть! – решил приезжий, — не очень-то и хотелось! Лукавил, конечно, девушка, несмотря на невысокий рост, была сложена пропорционально, и имела красивые округлые формы женщины в самом расцвете своей красоты.

Другой девушкой, с которой он познакомился, спустя пару дней, была русская танцовщица. Кажется, они столкнулись во время ужина, когда пестрая толпа местных танцовщиц, издавая пронзительные звуки с помощью языка, прихлопывая и приплясывая, ввалилась в обеденный зал. Девушка была одета в длинное коричневое платье, плотно облегающее ее худощавую фигуру, черные прямые волосы свободно опускались на плечи. Я танцовщица, ты что, не видел меня вечером, мы выступаем по вечерам в соседнем отеле с танцевальными номерами, — представилась она. Но он никуда еще не выходил вечерами, валяясь в номере. Надо полностью восстановиться, — оправдывал себя он. У нас сегодня будет тренировка, я буду танцевать в трико, приходи посмотреть, — пригласила она. Но любоваться на нее в трико у него не было ни малейшего желания. А еще скоро мы едем в Японию, уже подписан контракт, — похвалилась девушка. Давай, лучше, после твоей тренировки, пойдем, погуляем, здесь недалеко я видел красивую пристань, — предложил он. Ой, да я там была сто раз! – махнула рукой она, — но все равно можно сходить, позвони мне вечером в номер, — и она назвала телефон. Вот это другое дело! – обрадовался он, повторяя про себя ее номер, что бы не забыть, — худенькая, правда, ну да ничего! Вечером он принялся звонить ей, но никто не отвечал. Он сходил к ее номеру, постучал в дверь, но ему не открыли. Сорвалась прогулка, — понял он и с большим сожалением отправился в свой номер отсыпаться.

На следующий день, когда они снова увиделись за ужином, на его вопрос она ответила, — я передумала, меня пригласили друзья, и я пошла с ними. Но он уже успокоился в отношении нее к этому времени. Слушай, — спросила она, — а ты не можешь помочь нам с приглашением для нашей группы, что бы мы танцевали? Приходи ко мне в номер сегодня вечером, потанцуешь, — сказал он ей. Нет, мы за деньги! – ответила она. Я тебе дам денег, — тогда они у него еще водились,  — предложил он. Я девушка серьезная! – смеясь, сказала танцовщица. А мне как раз серьезная и нужна, — ответил он. На том они и расстались. Она потом подходила к нему еще пару раз, предлагала сходить, посмотреть расписание экскурсий, и что-то еще, но он уже вычеркнул ее из своего сознания.

Где же мой знакомый араб? – заволновался он, когда до окончания отдыха осталось пять дней, — где местная девчонка, с которой он обещал познакомить? Тот, как привез его в отель в первый день, больше не появлялся. Из их туркомпании он один отдыхал в этом отеле, и араб не утруждал себя лишний раз заглянуть, видимо полагая, что все у приезжего в порядке, и с женщинами то же. Надо было ему денег дать сразу, сокрушался отдыхающий, — конечно, без денег эта братия и пальцем не пошевельнет!

Направляясь в море на следующий день, он впервые заговорил с двумя русскими женщинами, вернее, одна была женщина его лет, а другая была девушка лет двадцати пяти, немного полноватая. Они вместе пошли купаться, волна бросала их друг на друга, он обнимал их за талию под водой, и они вдоволь напрыгались в волнах. Они были вполне нормальные женщины, приехали откуда-то из Сибири. А мы думали, что ты немец, —  смеясь, сказали ему они. Почему это я немец? – озадачился он. Их предложение пойти вечером погулять на пристань он отклонил, — нет, — ответил он им. А про себя подумал, — ну их, этих теток, мне бы девочку, молоденькую да стройную!

Не получается у меня с женщинами! – огорчился он за три дня до отъезда, — что там говорил мой знакомый араб насчет квартала в старом городе? Придется, видимо, идти знакомым путем. Отправлюсь-ка я сегодня на разведку, — наметил он программу на вечер. После ужина он вышел на площадку, где стояли такси. Приветливый полный смуглый мужчина, за десять минут привез его в старый центр города – Медину, и еще подарил ему ветку какого-то растения. По дороге приезжий с интересом рассматривал улицы, по которым они проезжали. Все ему нравилось, чистые опрятные дороги, строгие полицейские в больших сапогах, даже не раздражали вывешенные через каждые сто метров портреты местного президента. Раз такой порядок, — пусть будут, — решил он. Первым делом пройдусь по набережной, — наметил он, выходя из машины, — осмотр приморского города надо начинать с набережной.

Вдоль моря, километра на три, тянулась обустроенная, одетая в камень набережная, по которой, не спеша, прогуливались люди, в основном местные жители, европейцев было мало. Местные жители приезжему то же понравились. Они вели себя спокойно, не навязывая себя так, как он потом видел в Египте. Небольшие ансамбли пели свои песни, молодежь собиралась группами, и спокойно разговаривала, старики сидели и смотрели на гуляющих, а главное – море. Через полосу песка шириной метров семьдесят, начиналось Средиземное море, спокойное, тихое и такое привораживающее под вечереющим южным небом.

Вдоволь нагулявшись по набережной, он направился по направлению к медине, а по дороге зашел в огромный ювелирный магазин. Сколько же интересного было там! К своему удивлению, он обнаружил, что золото здесь делится на восемнадцать и двадцать два карата – почти чистое золото, что-то выше девятисотой пробы. Вот такое колечко не стыдно надеть, — приценивался он, — да еще, если с камушком соответственным подобрать, какой там у меня камень по знаку Зодиака? Впрочем, этого он не знал, да и ему было все равно, — присмотрю, какой понравится, главное, что бы покрупнее был! Он любил крупные камни. Да и женушке присмотреть что-то надо, — вспомнилась ему жена. Впрочем, ей еще успеется, как он слышал, здесь было много ремесленных мастерских, продававших свои изделия из серебра. Завтра ей присмотрю на базаре, при свете лучше видно будет, — наметил он, — а сейчас в старый город – на разведку!

Старый город представлял собой огромную по территории крепость, обнесенную высоченной стеной с зубчиками, как на картинках в старых восточных сказках. Город начинал ему нравиться все больше и больше. Эх, — корил он себя, — провалялся весь отпуск в номере, такую красоту чуть не пропустил! Внутри крепости были каменные узкие извилистые улицы, с уклоном, идущим к морю. Побродив с полчаса, он нашел то, что искал. Этот квартал начинался за еще одной каменной стеной, через узкий вход в ней. Такие кварталы были ему хорошо знакомы по Будапешту, где он, несколькими годами ранее, их хорошо освоил.

Молодые мужчины – арабы, по три, по четыре человека, бродили по улицам, поглядывая на ярко освещенные парадные двери. За дверьми были видны девушки в купальниках, вернее, в нижнем белье, на некоторых были накинуты марлевые покрывала. Девушки стояли у входа, и призывно махали руками, — заходите! Но арабы, как он обратил внимание, не заходили, а только ходили и глазели на девушек. Изредка попадались одинокие, спешащие куда-то европейцы, но их было совсем мало. Надо получше рассмотреть квартал, тут торопиться не следует, да и прицениться надо, — решил путешественник. Побродив еще немного, и в целом уяснив ситуацию – везде было примерно одно и то же,  он зашел в один из домов, и спросил у полной старой арабки, вышедшей ему на встречу, сколько стоит девушка. Та ответила, было не очень дорого. В холле, на стульях вдоль стены, сидели трое смуглых мужчин, и безучастно смотрели в потолок. Эта троица, что здесь делает? – подумал вошедший, и поинтересовался у женщины, — а где товар?  Арабка крикнула что-то, и большой каменный холл вышла смуглая девушка в старом тренировочном костюме, какая-то заспанная. Не могли получше одеть! – недовольно подумал он, но девушка ему понравилась, стройная, пожалуй, подойдет. Но тетке он ответил, — в другой раз, — и вышел из дома на уже совсем стемневшую улицу.

На следующий день, он отправился в город с утра, сразу после завтрака. Сначала посидел на лавочке, на пристани, посмотрел, как в море выходил, старый парусный пиратский корабль, наполненный туристами, а потом отправился в старый город. Днем медина имела совсем другой вид – маленькие лавочки на каждом шагу буквально ломились от серебряных изделий, витрины выставляли даже на дорогу. Чего там только не было – браслеты, бусы, кольца и много других украшений, крайне необходимых для женщин. Часа за два он обошел множество лавочек, везде торгуясь немилосердно, и постепенно покупая для любимой жены, то браслетик, то колечко. Стоп, — остановил себя он, — так я истрачу все деньги, и на девочку не хватит! Денег оставалось только-только. Уже выходя из длинного ряда лавочек, он не удержался, и вошел еще в одну, куда его подобострастно зазвал плотный мужчина его лет. На смеси русского и английского тот спросил у приезжего, что он купил, и попросил показать. На, смотри! – показал приезжий. Один серебряный браслет, с большими красными камнями продавцу понравился. За сколько купил? – поинтересовался он. Хочешь, за эту цену я тебе продам целый гарнитур, очень хороший, — и он открыл перламутровую шкатулку. В ней лежали красивый браслет, ожерелье и кольцо, то же из серебра, но с крупными желтыми камнями. Стоило все ровно столько, сколько он оставил на девушку. Вот ведь, такой-сякой, словно знает, сколько у меня осталось денег, и куда я сейчас направляюсь! – недовольно подумал он о продавце, — можно подумать, у меня это на лбу написано! Нет, — ответил приезжий, с сожалением, — в другой раз. Гарнитур  был и в самом деле очень хорош, это было понятно даже ему, не специалисту в таких вопросах. Но и к девушкам, теперь, то же не хотелось. Нагулявшись под дневным африканским солнцем, да еще без панамы, которую он оставил в номере, он так напекся, что хотелось только одного – скорее попасть в номер под прохладу кондиционера! К девушкам завтра поеду, к вечеру, — наметил он.

С утра он вдоволь наплавался, заплывая далеко в море, с улыбкой наблюдая в прозрачной воде за довольно большой медузой, которая время от времени подплывала к нему и как-то тыкалась в него. Пробует, наверное, вкусный я или нет, — решил отдыхающий, — я очень вкусный! После ужина, он с твердым намерением направился в медину.

Подойдя к знакомому кварталу, он немного замедлил шаг, — куда направиться? На месте разберусь, — решил он. То, куда он пошел, была широкая каменная улица с двухэтажными домами с освещенными окнами. Он прошел в самый конец улицы, под уклон, и нерешительно остановился у последнего дома – дальше шла высокая каменная стена. Посмотрел на небольшой, ярко освещенный подъезд, наверх, на второй этаж, вела крутая лестница. На втором этаже стояла девушка в нижнем белье, в накинутом поверх белым же марлевым покрывалом.

Увидев остановившегося у входа мужчину, она медленно спустилась с лестницы, и улыбнулась ему. Привет! – сказал приезжий, — сколько ты стоишь? Она назвала цену, и он кивнул в ответ. Пойдем, — она пригласила его за собой на второй этаж. Поднимаясь за ней по крутой лестнице, он рассматривал ноги девушки. Стройная смуглая спина, ниже округлые формы, красивые ноги – худой не назовешь.

Когда они поднялись, она повернулась к нему, и протянула руку за деньгами. Он передал, внимательно рассматривая ее и комнату, куда она его привела. Она была сильно смугла, среднего роста, с правильными европейскими чертами лица, но, несомненно, арабка. То, что надо, для пробы, — оценил он. Потом его внимание переключилось на комнату, вроде, ничего необычного, узкая односпальная, правда, высокая кровать, рядом тумбочка, вешалка у самого окна, открытого, но плотно занавешенного занавесками, которые слегка колыхались на ветру. Еще у стены стоял умывальник. Вниз вела крутая лестница, по которой они только что поднялись. Стоп, что-то здесь не так! – насторожился он. Конечно, вешалка стоит слишком близко к плотно занавешенному окну! То, что они на втором этаже, еще ничего не значит! Традиции багдадского вора еще сильны, — окончательно понял он.

Девушка пересчитала деньги, положила их в тумбочку, и скинула с себя марлевую накидку, оставшись в белом нижнем белье. Гладкая смуглая кожа вблизи пьянила его. Девушка показала рукой на умывальник, сама подошла вместе с ним и стала рядом. Он открыл кран, из которого текла только холодная вода, расстегнул ремень и взял мыло. Она взяла у него мыло, — я сама, — показала, и принялась тщательно намыливать его. Мыла она довольно долго, внимательно все, рассматривая, сжимая и даже наклоняясь, что бы лучше рассмотреть. Проверяет! – усмехнулся он.

Закончив процедуру, она показала рукой на кровать, а сама спустилась по лестнице. Он быстро разделся, но одежду не стал вешать на вешалку, а аккуратно сложил стопкой на полу, около кровати, после чего улегся на кровать. Свет ярко слепил в глаза, — а что, если она не придет, лежу тут, раздетый! – мелькнуло у него. Но девушка вскоре вошла в комнату, и закрыла за собой дверь, бросив взгляд на его одежду, лежащую на полу. Потом легла рядом с ним.

Возбудился он почти сразу, едва почувствовав этот пьянящий вкус смуглого тела, она подтолкнула его наверх, потом повернулась тумбочке, на которой лежала пачка предохранительных средств, надорвала, но доставать изделие не стала, а махнула ему рукой, — давай так!

Что же, рискну, а иначе не распробуешь, все-таки другой человек, — и он медленно начал движение. Но ничем особенным девушка не отличалась, она была такая же, как и белые женщины, которых он знал до этого.

Ага, вот оно! – он спиной почувствовал, что кто-то подошел к окну со стороны улицы, и чуть полуобернувшись, увидел легкое движение занавески, чуть отличающееся от колебания на ветру ранее. Видимо, с той стороны, за стеной, было строение, крыша которого подходила под уровень открытого окна. Напрасно стараетесь! – усмехнулся он.

Потом он снова переключился на девушку, — она лежала с полуоткрытыми глазами, и он, желая продлить удовольствие, остановился. Она нехотя открыла глаза, и бурно запротестовала, — нет, нет, не останавливайся! Продолжил он совсем немного, после чего перевернулся на бок так, что бы держать окно в поле зрения. Никто их не беспокоил. Совсем чуть-чуть полежав, они поднялись. Он быстро оделся, чмокнул ее в щеку, и вышел на улицу.

Встречавший его в аэропорту араб совершенно забыл о нем, так что в день отъезда он уже стал волноваться, что самолет улетит без него. Время шло, никто за ним не приходил, и он сам направился к портье, и попросил позвонить, напомнить о себе. Ждите, автобус за Вами выслали, — обнадежил портье.

За ним одним опять пришел маленький автобус, и знакомого араба он увидел уже только в аэропорту. Ты готовь девочку к моему следующему приезду, — озадачил он его. Приезжай, подготовлю! – ответил тот, сверкая белозубой улыбкой.

1 декабря 2006 года


опубликовано: 9 января 2008г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *