В культурной жизни нашего города случился неожиданный переполох: Жабский написал пьесу (он называл их на старомодный манер «пиесами») и, как всегда, потребовал от режиссёра народного театра Погремушкина её немедленно поставить. Когда Погремушкин начал жалко блеять, что репертуар давно свёрстан и утверждён самим Ираклием Абрамовичем, Жабский начал вижать, плеваться, махать кулачками, топать ножками, трясти своею козлиною бородёнкой и орать, что он – единственный в городе (и, конечно же, гениальный) драматург и поэтому не позволит обращаться с ним как с рядовым городским литературным членом. .....Читать дальше →

- Много куришь, - привередливо-недовольно сказал Кисель. Вообще-то его Вовой зовут. Но все привыкли – Кисель да Кисель. От фамилии Киселёв. Он не обижается. Нормальное прозвище. Не какой-нибудь Пупок.
- Тебя не спросил, - вяло огрызнулся Агафонов. – Тоже мне нашёлся… «минздав предупреждает…»… Развелось вас, «минздравов», как собак…
Сегодня с самого утра у него, Агафонова, было отвратительнейшее настроение, потому что теперь его могли запросто попереть с завода по факту хищения. Да какое там хищение! Начальство машинами вывозит - и ничего, а тут… Вчера он перекидывал через забор доски (он на них уже неделю как глаз положил), а охранница увидела и заорала: .....Читать дальше →

(миниатюра из серии «Читая Хармса»)

Сегодня ночью Гарька увидел удивительный сон: как будто он – Карл Маркс. Живёт в Лондоне (не в сегодняшнем Лондонгорске – прибежище российских заворуев, а ещё в том, где Шерлок Холмс, доктор Ватсон и профессор Мориарти, утопший в водопаде), чуть ли не Трафальгарской площади и пишет труд всей своей жизни – «Капитал» Карла Маркса. И вон он его пишет, пишет, пишет, аж взопремши весь нечеловеческим напряжением от затылка до пяток, вместе со своею растрёпанною бородою… И вдруг - бац, чернила кончились. Ну, ё-пе-ре-се-те! Только расписался – и тут такая непруха! Прям в натуре как назло! Хоть прям и не пиши этот «Капитал» совсем. Хоть прям расстройся до невозможности. .....Читать дальше →

Семёну Семёновичу приснился жуткий сон: как будто его из депутатов выгнали. То есть, не то чтобы прямо так выгнали, со всенародным оглашением, а вызвали в одно интересное место и намекнули: дескать, давай, Сёма, сам… Не дожидаясь, пока нестерпимо начнёт вонять твоими тёмно-мутными бизнесменьими делишками… Пока ещё не так уж чтобы нестерпимо воняет, но всё же уже совершенно отчётливо пованивает… А то мы и так все здесь сидим по уши в этом самом, а тут ещё и ты нарисовался со своими американскими квартирами. Попал прямо как кур во щи иль даже суп. Так что забирай свой портфель и дуй в свою родную Майамю. Всё. Привет жене и майамским проститу… женщинам легкоразвратного поведения. До которых ты – да знаем мы знаем! И не хрена делать непонимающую морду лица! - большой любитель и крупный специалист. .....Читать дальше →

В жизни Сени Куплетова произошло долгожданное событие: он себе бабу нашёл. Хотя что значит «нашёл». Она что, кошелёк, что ли, чтобы её находить? Может, лучше «познакомился»? Или всё-таки «нашёл»? И опять же что значит «баба»? Бабы на базаре семечками торгуют. Или свининой из-под топора…
Не будем заморачиваться на этих лингвистических тонкостях. Нашёл и нашёл! Нет, вы не подумайте, что он урод какой или слабоумный, чтобы от него бабы раньше шарахались. Ничего подобного! Сеня - вполне симпатичный паренёк двадцати восьми лет отроду, относительно вежливый и весьма обходительный. .....Читать дальше →

Ещё не вечер! 
Эпиграф:
- Свято место без жирных котлет не бывает! –
( старинная народная примета)

- Есть такая шикарная женщина.., - сказал Гарька и мечтательно прикрыл глаза. – Работает контролёром-ревизором объединённого треста столовых. Да! Такие должности бывают только в сказках! – и он, вытянув вперёд губы в дудочку, издал поцелуйный звук. – Каждую субботу жарила мне огромное блюдо котлет. Штук тридцать, не меньше! И всю субботу я эти котлеты жрал! .....Читать дальше →

- Петя, ты не знаешь, как проверить серебро? – спросила мать, растерянно вертя в руке чайную ложку.
Делать мне больше нечего, подумал Пётр Иванович, моментально и уже привычно раздражаясь.
- Не знаю, – буркнул он.
- Жаль.. – вздохнула мать. – Интересно, эта ложечка серебряная или нет?
- Откуда у тебя ( он подчеркнул интонацией это обидное «у тебя») может быть серебряная?
Мать не обиделась.
- Ну, мало ли… - и пожала плечами.
- Что «мало ли»? – не выдержал Пётр Иванович. – При чём тут какое-то дурацкое «мало ли»?
- Может, подарил кто… .....Читать дальше →