ЛХАКАРЧУН (часть 1)

Дин Сухов

 

Устав от сумасшедшего ритма полета, я схватил в охапку златокудую музу Эрато и повлек ее за собой вниз. Мягко приземлившись на бархатное зеленое полотно поляны, мы упали на траву и погрузились в бездну всепоглощающей страсти. Я горячо целовал и ласкал зеленоглазую музу, упиваясь ее божественной красотой и свежестью. И она словно плененная голубка, смеялась и плакала в моих сильных обьятиях, сходя с ума от поглотивших ее сладостных чувств.

Но мой естественный любовный порыв не закончился на одной из девяти муз, и вскоре мне пришлось заниматься любовью со всеми ними сразу. Это была настоящее небесное любовное приключение из серии европейских эротических фильмов. Только здесь в роли раскованных актрис участвовали не утомленные сексуальными оргиями силикованные красотки из популярных журналов «Playboy» и «Penthouse», а настоящие небесные жрицы любви, лично знакомые с главным развратником всех времен и народов Аполлоном.

«Райский нектар» был без всякого преувеличения лучшим из того, что могло бы изобрести человечество в области виноварения. Он придавал силы телесные и силы душевные. Он открывал врата невидимого прекрасного мира. Он учил летать и наслаждаться собственной свободой и полетом. Ничего такого люди до сих пор не изобрели. И я думаю, что и знаменитый напиток «Бханг  ки тхандан» врят ли можно было сравнивать с чудодейственным «напитком богов». Но, не смотря на его столь очевидные достоинства, был и у «райского нектара» минус, ставивший его в один ряд с «земным зельем». После нескольких часов возбуждающего воздействия на организм, он затем вызывал  утомляемость и легкую опустошенность.

Так произошло и со мной. Внезапно я почувствовал  опустошенность внутри и прилив сильной усталости. И на смену желанию обладать красивыми женщинами, пришло простое желание сомкнуть глаза и заснуть мертвым сном. Да, это было очень необычно: видеть на Земле сны о загробном царстве, а в загробном царстве видеть сны о Земле!

Мне снилась Южная Америка, моя мать Джейн и отчим Рэйли. Они сидели на вершине каменной пирамиды Уака-Ларга в долине Ламбайеке, что находится около горы Ла-Райя и молча, созерцали ритуальный танец перуанского шамана из племени моче. Я тоже был там, а точнее мое тело было там. Я неподвижно лежал посередине ритуального круга, а вокруг меня, завывая диким голосом и ритмично ударяя в кожаный бубен ладонью, скакал старый перуанский шаман. Моя душа в это время витала в небе, не в силах вернуться обратно в беспомощное тело. Ни мать, ни отчим Рэйли не видели меня. Их стеклянные неподвижные глаза были устремлены в никуда, и мне показалось, что они тоже мертвы.

Но вот разукрашенный черными татуировками и перьями птиц шаман, внезапно прекратив ритуальный танец, встал как вкопанный и затем,  упав на колени, вознес ладони к небу.

-Я вижу нуну! Душа, она там! – Глухим гортанным голосом прокричал шаман, увидев в небе мерцающий огонек моей души.

Встав на ноги, шаман отстегнул от пояса небольшой тыквенный сосуд и, откупорив пробку, поднес его к губам моей окаменевшей матери.

-Выпей это и поговори с ним! – Властным голосом приказал ей шаман.

-Что это, курандерос? – Выйдя из оцепенения, удивленно приподняла брови моя мать.

-Это напиток айауаска — «лиана мертвых», выпив его, ты станешь прозрачной для духа айауаски и сможешь увидеть то, что ты сейчас желаешь.

Осторожно глотнув из узкого горлышка напиток, сваренный из лианы Banisteriopis caapi, мать сунула тыквенную флягу неподвижному Рэйли. Очнувшись от настойчивого толчка в бок, отчим механически отпил из фляги добрый глоток и передал его в руки шаману.

Я видел, как загорелись глаза моей матери и отчима и как они, следуя за указательным пальцем шамана,  одновременно посмотрели в небо. Да, теперь они видели меня и их глаза лучились чистой радостью.

-Стэн, сынок, что ты там делаешь? Мы так переживаем за тебя. Ну же, вернись к нам обратно! – Дрожащим голосом обратилась ко мне мать, роняя из глаз прозрачные слезы.

-Стэнли вернись к нам. Мы очень скучаем по тебе. Я понимаю, что ты нашел свой Пайтити, но и ты пойми нас. Все что мы делаем в этой жизни, мы делаем только для тебя. Вся наша жизнь потеряет смысл, если ты уйдешь от нас и останешься в своем Священном вечном городе. Вернись к нам, я очень прошу тебя. – Еле сдерживая бурные эмоции, уговаривал меня вернуться в свое тело мой отчим-«супермен».

Мне стало искренне жаль своих родителей, и  я медленно спустился с неба на свое мертвое тело. Мать и отчим зачарованно наблюдали за тем, как мерцающий ярким светом огонек моей души скользнул по остывшему челу, покинутого мной тела.

Склонившись надо мной, корандерос что-то тихо прошептал на языке кечуа, и я вдруг почувствовал, как меня захватывает в свои сети невидимая вращающаяся спираль.  Постепенно теряя равновесие и чувство пространства, я с громким воплем сорвался в штопор и стал падать в глубокую пропасть, закрытую пеленой молочного тумана. Вместе с завыванием ветра до моего слуха донесся далекий голос перуанского шамана:

-Вернись в свое тело Стэн, вернись в свое тело! … Просыпайтесь, молодой человек. Ну, проснитесь же вы, наконец!

Я открыл глаза и пошевелил головой. Надо мной, закрывая голубой купол неба, крыльями цвета ночи, стоял ворон Черчилль и настойчивым противным голосом просил меня проснуться.

Осторожно, стараясь не разбудить, я убрал со своей  груди руку спящей музы Каллиопы и слегка приподнялся, опираясь локтями в землю.

-Доброе утро Черчилль. Не рано ли ты пришел за мной? – Недовольным голосом буркнул я, глядя на Хранителя заспанными глазами.

-Доброе утро, молодой развратник! Вы как я вижу, неплохо провели здесь время. – Прищелкнул клювом пустынный ворон, насмешливо рассматривая своими маленькими черными глазками лежащих вокруг меня вповалку обнаженных спящих муз.

-Я мужчина и было грехом с моей стороны не полюбить ближнего. Тем более если он так прекрасен и хорош собой. – С довольной улыбкой победителя, произнес я и хитро подмигнул Черчиллю.

-Странные у вас представления о грехе и не очень оригинальный способ любви к ближнему! – Укоризненно покачал головой Хранитель и поддел клювом с земли мои скомканные штаны.

-Зато эффективный! – Поймав на лету одежду, сдержанно хохотнул я.

Мне было жалко расставаться с веселыми и любвеобильными музами  и если бы не настойчивость Черчилля и не известные обстоятельства, я бы еще «завис» с ними на пару деньков. Не каждый день и далеко не каждому судьба преподносит царский подарок, в виде прекрасных небесных богинь, коим не чужды человеческие желания и чувства.

Еще раз, окинув печальным взором сладко посапывающих во сне спящих обитательниц Парнаса, я обреченно последовал за неумолимым Хранителем. Мысленно я был с милыми моему сердцу музами и всю дорогу задавал себе лишь один вопрос: встречусь ли я с ними еще когда-нибудь.

Теперь я и сам на собственном опыте убедился в чудодейственной силе «райского нектара» и непроходящее чувство тоски овладело всем моим сознанием. Только тосковал я не по небу, как когда-то мой приятель, через край вкусивший Бханга. Моя печаль была о потерянной небесной любви, которой щедро поделились со мной любвеобильные жизнерадостные музы.

Теперь я, кажется, знаю, какой должна быть настоящая любовь. Она должна быть без страданий и боли. Без чувства стыда и сожаления.  Свободная и доступная для тех, кто ее ищет!

Сексуально-оскопленная любовь к Богородице и деве Марии: что может быть безобразнее популяризации этого бесплодного культа, порождающего лишь ненависть, отчаяние и чувство стыда за собственное физическое совершенство и естественное влечения плоти к совокуплению с себе подобными!

Милые мои музы я влюблен в вас навеки и храмом моего сердце отныне станет Парнас!

—————————————————————-

Мы пришли в храм Света, когда до начала церемонии Возвращения душ, по словам Черчилля, осталось всего несколько минут.

Но я не увидел, как ожидал, на церемонии большого количества гостей или приглашенных, кроме меня и Хранителя во дворе храма присутствовал лишь… большой, палевого окраса ирландский волкодав. Он свободно расположился у стены и, положив мохнатую морду на передние лапы, тихо дремал.

Кроме этого, я сразу обратил внимание на огромное количество маслянисто-прозрачных коконов лежащих в беспорядке по всему двору. С живым интересом разглядывая груды яйцевидных коконов, я спросил у Хранителя:

— Это еще что за мутанты, Черчилль?

-Это не мутанты, молодой человек. Это души прощенных! – С благоговейным трепетом в голосе ответил мне Хранитель.

-Они похожи на коконы бабочек. Я видел такие и не раз, я прав? – Приблизившись к одному из коконов, я осторожно приложился ухом к его хрупкой стенке.

-Осторожнее, молодой человек! Вы можете навредить им, осторожнее! – Делая мне предостерегающий жест, хрипло каркнул Черчилль.

-Я слышу, как он там шевелится! – Не обратив внимание на предостережение Черчилля, радостно улыбнулся я.

-Приветствую вас, юноша. Вы как я вижу, уже совсем освоились в Вечном городе! – Донесся до меня монотонный голос из-за спины.

Я тут же отстранился от кокона и резко обернулся назад.

Позади меня, у самого входа в большой зал храма стояли уже знакомые мне семеро священнослужителей. Бесстрастными глазами они смотрели на меня и я, встретившись с ними взглядом, оробел не меньше, чем это было вчера.

-Здравствуйте, о, мудрые небесные жрецы! – Склонился я в легком поклоне перед главными хранителями заповедей единого Бога. Черчилль еще раньше начал подобострастно расшаркиваться перед ними, почти задевая клювом золотую плиту под ногами. Даже ирландский волкодав, прекратив свой сон, живо вскочил на ноги, и мелко подрагивая, теперь помахивал своим изогнутым концом.

-Как я вижу все в сборе. …- Обведя нас строгим взглядом, торжественно начал Хем Нетер, «пророк Бога» и главный служитель храма Света.  – Вот и минуло еще тридцать закатов и расветов, и мы вновь открываем священную церемонию Прощания с душами. Для нас это радостное событие, олицетворяющее собой начало новой жизни. Но для нас также это и печальное событие. В этот день мы расстаемся с прощеными душами, которые обрели свет и надежду в нашем Вечном городе. После того как они покинут пределы небесного царства их будут ждать новые трудные и сложные испытания. И мы надеемся, что на этот раз не сможет их затмить черный цвет Зла, и они достойно пройдут испытание соблазнами земной бренной жизнью. А после, пройдя полный круг отписанных им лет, они, наконец, навсегда вернутся в дом единого Бога — в царство чистого света и Добра.

-Да свершится воля единого Бога. – Единодушно выдохнули все семь жрецов и вскинули вверх открытые ладони. Я увидел, как с орбиты над золотой платформой сошел огненный шар и, подчиняясь движениям рук священных жрецов, поднялся высоко над храмом и вспыхнул подобно небесной звезде. Это было похоже на ярчайший взрыв бомбы без звука.

В панике я закрыл глаза рукой и упал на колени. Но ослепление прошло быстро, и я снова мог видеть своими глазами все происходящее. Как оказалось, это было еще не все.

Неожиданно весь двор наполнился сначала шелестом, а следом сухим громким треском. Почти прижавшись к ворону Черчиллю, я с недоумением стал озираться по сторонам. По всему двору, перекатываясь с боку на бок, лопались коконы, из которых начали появляться скрюченные мохнатые лапки и безобразные головы насекомых с большими глазами. Это действо, занимающее в природе длительное время, здесь было представлено в скоростном эволюционном режиме. Как я уже понял, за всем этим стояли небесные жрецы, наделенные магической силой титанов. Не опуская открытых ладоней, они что-то монотонно шептали с закрытыми глазами. И казалось, что все происходящее сейчас совершенно не интересует их. Но это было не так.

И вот, спустя короткое время зеленовато-белые куколки насекомых покинули свои временные жилища и, шатаясь на еще пока слабых ногах, стали медленно заползать на стены храма. Вскоре они покрыли своими уродливыми телами все стены и затихли, словно чего — то выжидая.

-Черчилль, что это за хрень такая?! – Открыв рот от страха и неподдельного удивления, выдавил я.

-Это имаго Morpho Microphalmus! – Не сводя завороженного взгляда с шепчущих тайные заклинания египетских жрецов, тихо шепнул мне Хранитель.

— Какое на фиг имаго? Это гуманоиды какие-то из фильмов ужасов. – Проворчал я про себя, не удовлетворенный ответом Черчилля и уже громче снова спросил его. — Чего они ждут?

-Молчи, смертный! – Дрожа всем телом, змеей прошелестел Хранитель.

Тем временем, Хем Нетер медленно отделился от группы священных жрецов и взошел на золотую платформу посреди двора, заваленного остатками разорванных пустых коконов. Набрав полную грудь воздуха, он вновь воздел руки к небу и провозгласил громким стальным голосом:

-Да свершится воля единого Бога!

Подчиняясь движениям его длинных пальцев, сверху в ладони «пророка Бога» послушно опустился огненный шар. Но он не причинил своим огнем вреда могущественному жрецу, напротив, свет его стал менее ярким и спустя мгновение, он погас совсем.

Тем временем свежеиспеченные куколки, неподвижно сидящие на стенах священного храма, стали быстро видоизменяться приобретать новые более привлекательные формы. Постепенно их прозрачные тонкие крылья стали твердеть и расправляться. Это было похоже на небесную радугу после сильного дождя. И вместе с тем, потухший шар в руках Хем Нетера стал снова наполняться мерцающим светом.

И вот, наконец, перед изумленными взглядами нескольких зрителей, воздух наполнился шумом бархатных крыльев гиганских бабочек. Они меняли свой цвет в зависимости от угла падения света исходящего из лучей вновь вспыхнувшего шара. Крылья бабочек приобретали то нежно-голубой, то темно-сине-зеленый оттенок. Нижнюю сторону их крыльев покрывали несколько пар коричневых глазков различного размера. Никогда еще в своей жизни я не видел такого парада природного великолепия. Изящность и красота этих экзотических бабочек были неповторимы, а нереально яркий металлический отблеск их сверкающих крыльев мог, кого угодно свести с ума. Наверное, я уже и сам сошел с ума, чувствуя, как трепещет внутри моя душа при виде этого неповторимого зрелища. Она как бабочка билась внутри меня, прося меня выпустить ее наружу. Не в силах выдержать волнительных душевных терзаний, я заплакал. Заплакал как маленькое дитя, чувствуя неведомую до сего мига тоску по потерянному однажды Раю. Связь с ним, потерянная при моем рождении, теперь была восстановлена, и я вдруг почувствовал, как мне не хватает моего небесного отца, которого я никогда не видел.

Ворон Черчилль растроганный, как и я, феерической сценой божественного творения, оттирал краем крыла слезы, струившиеся из уголков его глаз. Что тут было говорить, плакал и мохнатый ирландский волкодав. Плакал по-своему, он громко выл, задрав к небу грустную добрую морду.

-Теперь вы свободны, небесные посланники. Возвращайтесь на землю и передайте людям, что Бог любит их всех!

По знаку Хем Нетера в воздух одновременно вспорхнули сотни голубых Морфо и затмили своими огромными крыльями весь купол неба.

-Какая красота! – Молитвенно сложив на груди крылья, восторженно  воскликнул ворон Черчилль.

За моей спиной надрывно залаял ирландский волкодав подскакивая на месте, он словно пытался допрыгнуть до неба и присоединиться  к освобожденным душам в виде экзотических бабочек.

Перекрывая шум крыльев, из глубины купола неба раздались глухие удары, подобные ударам в большой барабан, а следом тонкое серебристое позвякивание, словно звуки цимбал, шелест, подобный шелесту ветра в листьях, звон напоминающий звон колокольчика, резкий стук, как у бубна, жалобные стоны, подобные звукам рожка, низкие хрипы, как у большой трубы, и пронзительные звуки, вроде звуков флейты. Строгая небесная музыка расплескалась рекой по широким золотым улицам и, отражаясь тысячекратным эхом о стены монолитных зданий, заполнила собой Вечный город.

-Что это? – Невольно пригибаясь к земле, крикнул я Хранителю.

-Это говорит Дух Вечного города! – Радостно вскричал ворон Черчилль, размахивая черными крыльями.

Когда, сверкая своим великолепием и чистотой, сотни освобожденных душ скрылись в небесах, главный жрец Хем Нетер сошел с золотой платформы и  звонко хлопнул в ладоши. Звуки величественной музыки постепепнно стихли, и во дворе храма наступила тишина.

Ошеломленный глубокой философией и красочным действом священной церемонии, я стоял как вкопанный и не мог отвести глаз от неба. Моя душа все еще трепетала во мне, не находя покоя. И я полностью находился во власти своих скрытых до этого чувств. У меня было такое состояние, словно бы я и сам только, что выкарабкался из кокона. Из кокона слепого невежества и грубого понимания окружающего, с удивлением обнаружив вокруг себя богатый одухотворенный мир вещей.

Хем Нетер неслышно приблизился ко мне и положил горячую ладонь мне на плечо. Посмотрев ему прямо в глаза, я увидел такое выражение бесконечной доброты в них, что слезы вновь затопили мою душу.

-Запомни то, что ты видел сегодня здесь, юноша. Запомни и никогда не забывай. – Теплым отеческим голосом, произнес Хем Нетер и кивнул на сидящего подле меня ирландского волкодава.- Это твой «ведущий» по имени Упуат, если ты еще не знаком с ним. Он поведет тебя через Мертвый лес. Вы должны уйти из города сейчас, пока черные жрецы охотятся на освобожденные души, летящие к дереву Жизни. Если вы поторопитесь, то успеете, не подвергая себя опасности, добраться до Серебряного озера. Мы благославляем вас.

Хем Нетер простер руки надо мной и сидящим в умиротворенной позе «ведущим» Упуатом и я почувствовал невидимый поток тепла и благодати, излучаемый ладонями священного жреца.

-Прощайте мудрые жрецы, я никогда не забуду того, что увидел здесь. Я сохраню в своем сердце память о священном Вечном городе. – Низко поклонился я в ноги Хем Нетеру и другим шести жрецам, застывшим в неподвижных позах за спиной «пророка Бога».

-До свидания, юноша. – Хором ответили мне жрецы, вежливо кивая  на прощание.

Не оглядываясь, я поспешил к выходу храма. За мной следом легкой трусцой бежал мой четвероногий «провожатый» Упуат и последним, грузно переваливаясь с боку на бок, семенил ворон Черчилль.

У ворот храма я трогательно попрощался с «премудрым» Хранителем, поблагодарив его за доброту и живое участие в моей судьбе. Пустынный ворон, пожелав мне приятного пути и долгих лет жизни, взмахнул широкими крыльями  и полетел в сторону Запада, где начинался Вечный город.

Провожая завистливым взглядом доброго Хранителя, я вновь пожалел, что не умею летать.

-Эх, сейчас бы глоток «райского нектара» и в небо на часок! – Мечтательно протянул я, вернувшись в сладкий миг воспоминаний о вчерашней божественной «оргии» с греческими музами.

-Не время, парень, думать сейчас о развлечениях в «райском саду». У нас не так много времени, как ты, наверное, думаешь. Если мы до темна не преодолеем Мертвый лес и не выйдем к опушке, где растет дерево Жизни, то,… я не завидую нам! – Как гром среди ясного неба прозвучало в моих ушах.

-Упуат, ты тоже умеешь говорить?! – Удивленно улыбнулся я, радуясь возможности общаться в пути.

-И не только говорить! – Клацнул острыми белыми зубами Упуат в обличие ирландского волкодава.

-А ты не так прост, как я посмотрю. – Хитро погрозил я пальцем мохнатому «ведущему».

-Не бойся, парень, есть тебя, я не буду. – Съехидничал Упуат, обгоняя меня.

-А я и не боюсь. Я не вкусный! – Пожав плечами, скромно потупился я, следуя за своим новым другом.

Миновав несколько бесконечных городских улиц, мы, наконец, вышли на окраину Вечного города. У восточных зеркальных ворот, через которые шла дорога к Мертвому лесу, нас встретила обнаженная молодая всадница верхом на белой кобылице. У нее были густые черные волосы, перевитые красными шелковыми лентами, а на голове золотая корона, увенчаная двенадцатью чистейшими алмазами. В руках божественная дева держала лук и стрелы, сделанные из свежих цветов. Кутаясь в широкий алый плащ, она ласково сверкнула мне карими глазами.

-Ты и есть тот самый живой человек, по воле рока попавший в наш город? – Чарующе улыбаясь, высоким грудным голосом произнесла незнакомка.

-Д-да!  — Невнятно промямлил я, наливаясь краской смущения.

Пораженный ее неземной красотой,  я с головой провалился в омут изумрудных глаз гордой всадницы.

-Упуат хороший «провожатый» и тебе с ним ничего не грозит! – Грациозно кивнув головой моему мохнатому «провожатому», обнадежила меня обнаженная  красавица.

-Ты тоже богиня? – Немного оправившись от смущения, спросил я всадницу.

Я, Курукулла, восточная покровительница магии, любви, чародейства и целительства. Бываю в Вечном городе каждый месяц после церемонии Возвращения душ. – Весело подмигнула мне тибетская богиня, сверкнув белыми ровными зубками.

-Прощай Курукулла. Наверное, мы больше не увидимся. – С легкой грустью в голосе, посмотрел я на богиню.

-Кто знает, Стэн, кто знает! – Курукулла ловко склонилась с седла и нежно провела ладонью по моим взьерошенным волосам. – Боги там, где их почитают. Они живут в сердцах верующих и любят тех, кто в них нуждается! … До свидания, Стэн. Удачи тебе и да пребудут с тобой боги.

Божественная красавица слегка пришпорила белую кобылицу и медленно тронулась в сторону центра Вечного города.

-Красивая женщина, нечего добавить! – Восхищенно посмотрел я вслед отьезжающей восточной богине.

-А как же музы или ты уже забыл о них, парень? – Почесывая задней лапой длинное ухо, вопросительно посмотрел на меня Упуат.

-Ты, кажется, уши чешешь, вот и чеши, юморист! – Наигранно разозлившись, рявкнул я на пса и направился к зеркальным воротам.


опубликовано: 14 августа 2011г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *