ЛХАКАРЧУН (часть 1)

Дин Сухов

 

-Хорошо, поехали. – Ева погасила носком туфли тлеющую сигарету и откинулась на спинку автомобиля. Остаток пути до кладбища мы ехали молча. Все это время Ева затуманенным взором смотрела вверх на пробегающие перед нами молочные сгустки облаков.

Местное кладбище занимало весь склон холма Rue de Longis, сразу после которого начинался парк Waterloo. За парком же находился городской гольф-клуб «777», почетным членом которого был  мой отец.

Кладбище было старое, но ухоженное. Дорожки между могилами и памятниками были аккуратно выложены камнями. Деревья и кустарники, растущие по всему периметру недавно покрашенной  железной изгороди, аккуратно подстрижены.

Ева, выйдя из машины, посмотрела на меня долгим грустным взглядом и, кивнув головой, пригласила следовать за собой. Я закрыл автомобиль и, звеня на ходу ключами, послушно пошел за Евой. Миновав несколько  рядов могил с гранитными стелами в виде витиевато вырезанных плит, кельстких крестов и изображений в виде ангелов и святых, мы подошли к большому памятнику в виде летящей птицы. В застывшем полете она напоминала распятого мученика, навечно превращенного в камень. Около могильного памятника лежал ворох полуистлевших прошлогодних цветов, переплетенных траурными лентами с посмертными некрологами. На памятнике были красиво выбиты слова неизвестного поэта:

« Мечтала ты стать птицей и летать по небу. О нем ты тосковала, расправляя крылья. И вот сама мечтой ты стала, превратившись в птицу. Оставив нам тоску, по тебе вспорхнувшей в небо».

-Она была на год старше нас. … Элия Глостер. Дата рождения 5 сентября 1946 года. Дата смерти 5 сентября 1975 года. Бедняжка умерла в день своего рождения. — Сквозь тугой комок в горле, выдавил я и смахнул внезапно набежавшие на глаза слезы. Я никак не мог связать далекий воздушный образ маленькой хрупкой Элии с этим громоздким гранитным монолитом, под которым лежало истлевшее тело моей маленькой подруги детства. Это казалось таким страшным и нелепым для меня.

-Да, Стэн, ей бы еще жить да жить. Страшный конец для красивой молодой девушки. – Взяв меня под локоть, отозвалась Ева.

Я осмотрелся по сторонам:

-Знаешь, здесь так спокойно и совсем не страшно.

-Ты так говоришь, как будто бы хочешь остаться здесь жить. – Фыркнула Ева, пытаясь заглянуть мне в глаза.

-Интересно, могут мертвые видеть тех, кто к ним приходит? – Увлекая Еву за собой по каменной дорожке, задал я сам себе вопрос.

-Стэн, ты со мной или смотришь в землю? – Затеребила меня Ева за локоть.

-А, да, да, крошка, я с тобой. Просто меня на секунду выключило. – Встряхнув головой, я остановился около одной из старых могил и пристально посмотрел Еве в глаза.

-Ты так загадочно улыбаешься, что мне становится не по себе. О чем ты думаешь, Стэн? – Вздрагивая всем телом, потянулась ко мне на цыпочках Ева.

-Ты знаешь, о чем я думаю, моя обворожительная леди. – Обвивая тонкую талию, очаровательной спутницы, проворковал я.

-Кравчик, а ты оказывается маньяк. Тебя возбуждает вид кладбища и все что связано с темой смерти, я права? – Проводя накрашенным розовым ноготком по моим губам, томно прошептала Ева.

-Это от меня не зависит, чаровница. Ты околдовала меня и я не в силах уже сдерживать страсть. —  Покрывая открытую шею и лицо девушки горячими поцелуями, ответил я.

Всепоглащающая страсть овладевшая мной, передалась и Еве. Не в силах противостоять моему напору, она сладострастно вскрикнула и обмякла в моих обьятьях. Я уже ничего не соображал и видел и чувствовал только ее, желанную и желающую вкусить со мной сладкий яд всесильной богини  Любви.

Подхватив стонущую Еву на руки, я прижал ее к гранитной глади кельтского креста и стал лихорадочно срывать с нее нижнее белье. Проведя ладонью по ее упругому белому животику, я скользнул ладонью в горячий бархат, кипящий между ее бедер. Вздрагивающая от моих неистовых поцелуев Ева, обхватила меня стройными загорелыми ногами и, заломив назад руки, застонала раненой птицей.

-Давай любимый, возьми меня. …

Я провалился с головой в омут и тут же оказался в царстве пушистых облаков, вылепленных из розового ванильного мороженого и взбитых сливок с клубникой. Обмазавшись с головы до ног сладким наваждением, я провалился сквозь хрупкую мягкую массу и на большой скорости упал в распахнутые обьятия неба. Мое обнаженное липкое от сахара  тело облизала упругим языком синеглазая Роза ветров. Ее длинные распущенные волосы опутали меня с головы до ног, и я почувствовал, как внутри меня раскрывается алый цветок любви. …

…Когда я пришел в себя, утомленная Ева лежала на моем  плече и, казалось, не дышала. Я провел ладонью по ее влажной спине и тихонько поцеловал ее в мочку уха.

-Любимая, ты слышишь меня.

Ева медленно приподняла голову, и едва шелестя пересохшими губами, трогательно прошептала:

-Я чуть не умерла Стэн! Что ты со мной сделал?

-Тебе было больно? – Осторожно опуская Еву на землю, всколыхнулся я.

-Нет, что ты дурачок. Я другое имела в виду. Что ты со мной сделал, в смысле, ты вскружил мне голову и лишил воли. – Ласково улыбнулась мне Ева.

-Ты сводишь меня с ума, и я не могу ничего с собой поделать, когда нахожусь рядом с тобой. – Привалившись спиной к памятнику, виновато произнес я.

-Ты так говоришь всем своим случайным подружкам. – Поправляя на себе помятое платье, хитро посмотрела на меня Ева.

-Ты не случайная подружка, ясно тебе. – Обижено бросил я, и надув губы потянулся рукой к Еве.

-Смотри, что ты наделал с моим нижним бельем. …Ты настоящий маньяк, Стэн.- Ева спрятала в дамскую сумочку надорванные трусики и укоризненно посмотрела на меня.

-Сначала я хотел разорвать на тебе платье, но вовремя сдержался! – Я обнял Еву на плечи и поцеловал в шею.

-Все, все, хватит Стэн, а то я сейчас снова захочу, и тогда мы уйдем отсюда только следующим утром. – Сделала Ева попытку, освободится из моих рук.

-Я согласен. Давай снимем с себя всю одежду и будем заниматься любовью на могилах до самого утра. – Снова  почувствовал я растущую во мне волну желания.

-А вот и нет, маньяк! Я хочу на берег моря. Мне надоело это скучное место. – Ева вырвалась из моих цепких объятий и резко побежала от меня по дорожке.

-Стой красавица, все равно ты от меня не уйдешь! – Весело вскрикнул я и как ветер помчался за Евой.

Неожиданно девушка как вкопанная встала около памятника покойной Элии и, прижав ладонь к губам, с ужасом вскрикнула:

-Стэн, смотри, что это?

Я подошел к могиле и внимательно осмотрел ее:

-Ну и что случилось вдруг с тобой? Ты выглядишь так, как будто бы увидела привидение!

-Смотри на голову птицы: она смотрит прямо на нас! Так не было. Я точно помню, что голова птицы была повернута к небу. – Не слыша меня, Ева ткнула дрожащим пальцем в каменный глаз птицы, который уставился прямо на меня.

-Д-да, ты права. Чертовщина какая-то. Тьфу ты, как такое могла случиться, Ева? – Озадаченно поскреб я ногтями затылок. Неприятный озноб пробежал по моей спине, как будто бы кто-то невидимый провел по ней холодной мертвой рукой.

-Стэн, давай быстрее уйдем отсюда. Мне становится не по себе от этого места. – Ева порывисто схватила меня за руку и поволокла за собой. Я, безвольно передвигая ноги, шел за ней и время от времени оглядывался на странный памятник, так напугавший нас. В последний раз, оглянувшись на место успокоения Элии, я вдруг увидел или это мне показалось от нервного перенапряжения, как гранитная птица встрепенулась на могильной плите и широко взмахнула крыльями. Ледяная волна ужаса сковала меня с головы до ног. Мое взбесившееся сердце набатом забилось в груди, заполняя уши невыносимым звоном.

Когда мы добрались до выхода с кладбища, мне показался вечностью тот путь, который мы проделали от могилы Элии.

-Все Стэн, я не знаю как ты, а меня сюда теперь и миллионом не затащишь. – Жадно хватая воздух распахнутым ртом, выдохнула Ева.

-Да, теперь сюда только ногами вперед. – Сломавшись пополам, нервно рассмеялся я.

-Да ты что такое говоришь, маньяк? Я же вижу как ты и сам испугался! – Непослушными пальцами доставая сигарету из сумочки, с негодованием в голосе, крикнула мне в лицо Ева.

-Все, все, давай забудем и больше ни слова об этом. – Я поднял вверх ладони и упал на колени перед Евой. – Прости меня за то, что притащил тебя сюда!

-Тебе не за что себя винить. Я уже взрослая девочка и сама принимала решение ехать с тобой. Тем более не все было так плохо. – Ева привлекла мою голову к себе и запустила пальцы в волосы.

-Поехали на море.

-Поехали!

…Когда мы отьехали от кладбища, с нас постепенно сошло напряжение и я почувствовал такое облегчение как будто бы нес на себе до этого огромный неудобный камень. Ева, достав зеркальце и пудреницу, молча, прихорашивалась. Я, искоса глядя на нее, тихо улыбался и вспоминал детали минувшей любовной бури, жестоко закрутившей нас обоих.

-Здравствуйте уважаемые радиослушатели! Вас приветствует Джон Пил и Джон Уотерс на BB 1 Radio. И чтобы сразу поднять ваше настроение на 212 градусов по Фаренгейту, мы для начала предлагаем вашему вниманию композицию группу Ramones с песней «Blitzkrieg bop». Итак еще раз, встречайте  группу Ramones с песней « Blitzkrieg bop»! … – Вдруг прорвался из динамиков радио далекий голос знаменитого ди-джея British Broadcasting Corporation.

-Господи, да что же это такое!!! – Выронив от неожиданности из рук косметичку, тонко завизжала Ева.

-Успокойся, любимая это всего лишь радио! – Зашелся я в приступе громогласного смеха, наблюдая за перепуганным выражением лица Евы.

-Правда, правда, это всего лишь Ramones. – Приходя в себя от шока, растерянно улыбнулась Ева, ошалевшими глазами уставившись на меня.

-Ева, это группа Ramones! – Повышая голос до самой высокой ноты, закричал я и с силой вдавил в пол педаль газа.

-Я слышу Стэн, это группа Ramones! – Забившись в припадке дикого восторга, перекрикивая меня, завизжала Ева.

Громко подпевая вдвоем знаменитую песню группу Ramones  «Blitzkrieg bop», мы счастливо улыбались, глядя перед собой полными наивной надежды глазами. Впереди нас ждала сама Вечность, окутанная манящей тайной и пьянящим запахом Свободы. Впереди была бесконечная Молодость и бесконечная счастливая Любовь, посетившая нас в это лето.

—————————————————————-

Поздним вечером, вернувшись с пляжа, я поднялся на второй этаж в свою комнату и, не раздеваясь, лег на кровать. Я пытался востановить в голове события прошедшего дня, но обрывки мыслей в моей голове сплелись  в один сплошной клубок лишенный всякого смысла и логики. Усталость укрыла меня с  головы до пят чугунным пледом и не в силах больше бороться с естественными потребностями своей физической природы, я отключил кнопку разума и окунулся в тонкий мир бессознательного.

Видение пришло внезапно без стука и приглашения с моей стороны. Оно тихо впорхнуло через окно, и плавно передвигаясь по воздуху, зависло над моей кроватью. Я с усилием приподнял набухшие веки и непонимающим взором уставился на полупрозрачную светящуюся фигуру, похожую на ночную фею. Я не видел ее лица, но почувствовал тонкий аромат розового масла, источаемый ею. Привстав на постели, я попытался дотронуться рукой до широкого, переливающегося фиолето-голубоватым светом, капюшона закрывающего лицо видения. Но только мои пальцы коснулись  края ее одежды, как тут же их пронзила острая боль, словно сквозь них прошел высокий разряд тока.

Вскрикнув, я кубарем скатился с кровати и с опаской посмотрел на странное существо,  вторгшееся в мои сны и причинившее мне боль.

-Кто ты?- Спросил я, но не сказал вслух, а сделал это мысленно.

-Я Элия, твоя бывшая подруга. Неужели ты меня уже забыл? – Опускаясь на пол посреди спальня, также мысленно ответило мне существо из моего сна.

— Этого не может быть? Я точно знаю, что нахожусь сейчас во сне и что ты не настоящая Элия. Ты призрак мертвой Элии! – Зажмурившись,  попытался я отогнать от себя ночное наваждение.

-Ты думаешь, что ты спишь, Стэн. – Раздался в моей голове насмешливый детский голос. – Я без особого труда могу убедить тебя в обратном.

-И каким же образом, если ты всего, лишь призрак из сна? — Не поверил я.

-Подойди ко мне Стэн, и я открою тебе иную реальность, не менее ясную, чем ту на которой держится твое представление о мире. – Сняв с головы капюшон, привидение быстро приблизилось ко мне.

-Стой, не приближайся ко мне! – Протестующе вытянул я перед собой руки и отпрянул к стене.

-Не бойся, неужели ты не видишь, что это я Элия?

Добрый детский голос лишил меня воли к  сопротивлению и я, опустив руки, посмотрел в прозрачное лицо призрака. Да, это была Элия. Я всегда помнил ее милое нежное личико с тонкими правильными чертами. Ее длинные каштановые волосы, перевязанные розовым бантом. Я всегда помнил ее миндалевидные зеленые глаза с искринкой и обворожительную прелестную улыбку, с которой она встречала меня каждый день. Да, это была та самая Элия, которая навсегда осталась в моей памяти именно такой, какой я ее сейчас видел перед собой.

-Элия, как ты оказалась здесь! – Не мог я поверить своим глазам и, поддавшись порыву, шагнул ей навстречу.

Элия склонила вниз кудрявую головку, и пелена грусти набежала на ее глаза.

-Стэн ты должен нам помочь. – Услышал я ее умоляющий  голос.

-Нам, почему нам? И как я могу тебе помочь, если ты уже мертва? – Дотронувшись подрагивающими пальцами до лица Элии, вопросил я.

-Я мертва, но ты еще пока жив, Стэн. – Призрак Элии, качнулся в воздухе и стал трансформироваться в новую форму, внешними очертаниями напоминающую птицу.

-Что с тобой происходит, Элия? – Отшатнувшись назад я, крепко зажмурил глаза и приготовился к худшему.

-Ты такой пугливый Стэн! Почему ты так боишься меня, если ты сейчас спишь? – Услышал я в голове неприятный холодный голос.

-Я уже не знаю: сплю я или же сошел с ума? – Почувствовал я, как холодеют пальцы на моих руках и ногах.

-Открой глаза Стэн и все твои сомнения исчезнут! Ты не спишь и ты не сошел с ума. Все что ты можешь сейчас увидеть — настоящее, более настоящее, чем тот мир, в котором ты жил до этой ночи.

Управляемый чужой волей, я медленно разлепил зажмуренные глаза и увидел перед собой гигансткую черную птицу с кривым желтым клювом. Она нависла надо мной подобно туче и, склонив на бок голову, изучающе смотрела на меня. Я маленький и ничтожный червячок,  тут же весь сьежился у ее когтистых лап и со страхом, стал ждать решения своей жалкой участи.

Все решилось в краткие доли секунд! Птица, распахнув широкие створки клюва, издала низкий гортанный клекот, и  грубо схватив меня когтями за голову, быстро выпорхнула в открытое окно.

… Мое ночное наваждение не закончилось бешеным полетом по извивающимся скользкими змеями, спиралям астрала. Полузадушенный и почти лишившийся рассудка от страха, я был брошен своей пернатой похитительницей в мрачной раскаленной пустыне. Словно ненужную куклу, она швырнула меня на горячий желтый песок и быстро  скрылась за плотной завесой багровых облаков. Я не знаю, сколько прошло времени пока я приходил в себя, но это мне немного помогло и  кое-какие силы все же вернулись ко мне. Поддерживая рукой раскалывающуюся от боли голову, я встал на ноги и огляделся по сторонам. Да, это была самая настоящая пустыня, которую я не раз видел на фотографиях и по телевизору, но я даже не мог представить себе, что здесь может быть так жарко. Это было не то слово жарко! Это было настоящее адское пекло, смешанное с невыносимым зловонием, которое источал раскаленный воздух. Сняв с себя разодранную в полете рубашку, я обмотал ее вокруг головы и куском ее рукава закрыл нос и губы. Дышать стало тяжелее, но зато я стал меньше ощущать зловоние и резкие приступы тошноты.

Пустыня представляла собой плоскую равнину без барханов и холмов. Лишь на самом горизонте, я смог различить сквозь качающуюся завесу раскаленного воздуха размытые очертания какой- то горы. Мои ноги сами самой пошли в ее сторону, а голова моя пребывала в таком плачевном состоянии, что сейчас я врятли мог о чем-то думать и что-то пытаться систематизировать. Словно гаитянское зомби, управляемое волей невидимого бокора, шел я к заветной цели, о которой не имел  ясного представления. Путь мой был долог. Я не знаю, сколько времени  шел к  зыбкой темной точке, колыхающейся передо мной. А может она была просто нарисована в моем воспаленном воображении? Может я просто сошел с ума и безнадежно потерялся в бесконечных лабиринтах своих кошмарных фантазий? Я понял одно, чем дольше я шел вперед, тем все больше отдалялась от меня моя безымянная цель. И вот, вконец вымотанный как морально, так и физически, я рухнул на колени и, надрываясь, закричал голосом отчаявшегося человека:

-Проклятая птица верни меня обратно в мою комнату! Где я? Что со мной происходит?

Я закусил зубами запястье руки и тут же почувствовал солоноватый привкус крови. Вид собственной крови полностью отрезвил мое подавленное сознание. Только сейчас я полностью поверил, что я не сплю и что это не американский фильм ужасов. Опрокинувшись навзничь, я горько зарыдал. Но на моих глазах не выступило ни одной слезинки. Жар проклятой пустыни постепенно превращал меня в живую мумию, лишая живительной влаги. Я протянул ладонь к далекому миражу и с надеждой представил, будто бы он вырос прямо из моей ладони. Прищипнув большим и указательным пальцем тонкую нитку горизонта, я тихонько потянул ее на себя и к своему изумлению и сумасшедшей радости, почувствовал, как далекий холм быстро приближается ко мне. Теперь я понял, как могу выжить в нереальном мире, невольным пленником которого стал этой ночью. Здесь не действовали привычные мне законы земной физики. Здесь все было именно так, как и должно быть в Аду: абсурдно и нелепо, что впрочем, вполне нормально для сумеречной зоны, созданной по обратным законам мироздания.

Когда гора не смогла дойти до Магомета, Магомет сам дошел до нее, а после написал священную  для всех мусульман книгу «Коран».

Когда Стэн не смог дойти до горы, гора сама приблизилась к Стэну и после он, уверовал в то, что человек может постичь все, кроме собственного разума.

То, что принял безумный юноша за гору, оказалось настолько кошмарным по виду, что он пожалел о только, что обнаруженных у себя экстрасенсорных способностях.  Гора оказалась громадным зеленым осьминогом, покрытым сплошным панцырем скользкой слизи. Поводя по сторонам мутным единственным глазом, он хватал длинными щупальцами с  земли большие круглые камни и жадно отправлял их в черную яму рта.

«Неужели Ктулху на самом деле существует или это все-таки продолжение моего кошмара»? – Вздрагивая от омерзения и страха, я стоял как вкопанный на одном месте и молча, созерцал, как вокруг пустынного чудовища морского происхождения снуют сотни истощенных оборванных людей, больше похожих на тени. Громко стеная и падая от бессилия, люди поднимали с потрескавшейся земли тяжелые круглые камни и подносили их осьминогу. Но чем больше они таскали камней, тем все сильнее хотел гадкий моллюск есть. Утробно рыча и громко хлюпая пастью, он переваливался с боку на бок всей своей студенистой массой, норовя ухватить какого-нибудь неосторожного носильщика камней. Но, не смотря на общее истощение и жалкий вид, люди успевали, бросив очередной камень осьминогу, проворно отбежать прочь. Видно постоянный страх быть проглоченным таким уродом придавал им сил и стимул к выживанию. Вонь здесь была еще невыносимее, чем когда я только оказался в пустыне. Но зато в этом месте не было песка и было не так жарко.

Было еще одно открытие, которое сразу удивило меня: на небе затянутом багровыми неподвижными тучами, не было привычного мне желтого паука-солнце. Его или просто не было никогда в Аду или же оно сбежало из этой чертовой дыры в более приятное измерение. И небо здесь было совсем не то, к которому я привык в своем мире: оно было не настоящее. И я был уверен, что оно было нарисовано на гигантской прозрачной призме стекла рукой или копытом всесильного сумасшедшего мизантропа в лице гнусновоняющего рогатого козла Пана. Да, вкус у него еще был тот: кровавые тухлые разводы с примесью серого, напоминающего размазанные по лобовому стеклу кровавые сгустки мозга, пьяного автолюбителя. В этой безвкусной небесной палитре не хватало только большой черной нудно жужжащей, мухи.  Зато был огромный вонючий желеобразный осьминог, перебравшийся в мой ночной мир из высохшего черепа покойного Говарда Лавкрафта. Одно пока для меня было секретом: я не знал своих сил и реальных возможностей. И поэтому боялся всего того, что сейчас видел и поэтому не знал, что мне делать и как поступить.

Мое купированное шестое чувство подсказывало мне, что если меня проглотит осьминог, то я больше не вернусь в свой мир таким как был прежде. Единственный путь, который меня ожидал после не очень приятного путешествия по пищеводу морской глубоководной твари это смирительная рубашка и постоянная комната с мягкими стенами в «доме скорби». Но все равно, я должен был сдвинуть себя с места и заставить действовать смерти на зло. Так, как если этот сон есть порождение моей подсознательной фантазии, то только я могу сдвинуть часы на мертвой точке застывшего пространства. И вот я решился!

Не сводя глаз с трапезующей злобной твари, я приблизился к одному из носильщиков и громко окликнул его:

-Извините, можно я вас на минутку отвлеку?

Изможденный человек, выронив из натруженных рук тяжелый камень, распрямился и посмотрел на меня пустыми глазами. Они не выражали ничего, кроме глубокой скорби и обреченности, которая бывает только у тех, кто решается на последний в своей жизни шаг. Он был похож на самоубийцу, и я был не так далек от истины. Левый рукав его грязной изодранной в клочья рубашки, был подвернут до локтя. И я с ужасом смог рассмотреть на его левом запястье глубокие засохшие порезы, явно оставленные укусами бритвы. Раны еще сочились сгустками застывающей крови, в которой в изобилии копошились маленькие белые черви.

-Что тебе нужно, незнакомец? Ну же говори? – Слепыми глазами посмотрел на меня самоубийца и поводил носом по воздуху.

-Кто вы и что здесь делаете? – Остановившись в нескольких шагах от живого мертвеца, вопросил я.


опубликовано: 14 августа 2011г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *